Уже несколько лет я тщательно штудирую труды Лосева и до сих пор не могу уяснить со всей ясностью сущность такой категории как выражение. Вернее, не ее сущность, а ее местонахождение в структуре эйдоса. Лосев, описывая эту категорию всегда употребляет загадочное словосочетание соотнесенность с иным. На интуитивном уровне это как-будто бы понятно, но все мои попытки структурно согласовать выразительную сферу со сферой факта терпят неудачу.

Г.М. Тарнапольская, Н.Н. Карпицкий

Символ можно понять только в связи с отношением к личности. Раскрыть этот тезис можно, если мы разграничим символ личности, символ, постигаемый личностью и символ в межличностном интерсубъективном бытии, являющийся онтологической основой культуры. Эти уровни символизма подразумевались в философской традиции, однако переход от одного уровня символизма к другому оставался нераскрытым. Решение этой проблемы требует использования такой философской парадигмы, которая делает возможным описание становления смысла и становления личностного бытия. В связи с этим чисто семиотический или феноменологический подходы, позволяющие адекватно раскрыть сущность символа в статике, описывая его отношение к символизируемому, оказываются недостаточны; необходимо обратиться к неоплатоническому подходу, позволяющему описать смысл в становлении. Неоплатонический подход к динамике смысла, дополненный в христианском переосмыслении динамикой личностного бытия, привел к возникновению энергийной философской парадигмы, разграничивающей понятия сущности и энергии. Именно в этой парадигме и должно быть дано понимание личности и символа.

Наша заинтересованность в сущности образа проистекает из заинтересованности в возможностях познания. На пути к предмету познания мы обнаруживаем образ и нам нужно выяснить, какую роль образ играет в познании, определить гносеологические функции образа.

Гносеология обычно противопоставляется онтологии. Главная предпосылка гносеологии — раздельность познающего субъекта и познаваемого объекта, в то время, как онтология исходит из их изначального тождества. Что из этого следует для образа? Из этого следует, что образ рассматривается прежде всего как одна из функций познающего субъекта, как некий инструмент, при помощи которого познается вещь. Значит, первая гносеологическая функция образа — инструментальная.

Переход к онтологическим аспектам образа намечается уже в самом отношении субъекта и объекта.

Познание есть, по сути, взаимоопределение субъекта и объекта, в котором можно зафиксировать четыре аспекта:

1) объект воздействует на субъекта (данность образа); 2) субъект подвергается действию объекта (субъективное конструирование образа); 3) субъект воздействует на объект (конструирование в соответствии с образом); 4) объект подвергается действию субъекта (преобразование).

Обозначим диалектическую схему исследования любой сущности, любого нечто, которую в дальнейшем применим к исследованию категориальной структуры образа.

Фрагмент канд. дисс. Ю. Б. Грязновой «Перформативные тексты в методологии науки».

М. Вартофский

М. Вартофский. Модели: репрезентация и научное понимание. Москва, Прогресс, 1988. Стр 166-182. Оригинал: Marx W.Wartofsky. Models (Representations and the scientific Understanding), Boston - London, 1979.

Под мифом обычно понимается архаическое повествование, рассказ, в котором выражается определенное представление о мире. Для мифического сознания представление это не отвлеченно, а представляет собой непосредственно данную живую реальность. То есть, миф с одной стороны есть "форма общественного сознания", с другой стороны — определенным образом выраженная реальность.

Повествовательная (нарративная) составляющая мифа не является главной, или первичной. Понятно, что повествовать, рассказывать нужно о чем-то и предмет, о котором ведется рассказ, уже обладает какими-то характеристиками. Если проанализировать существующие мифологические сказания, например, греческие, то мы обнаружим в них изобилие ярких образов, которые сочетают в себе имя и облик. То есть, мы сразу находим взаимоотношение слова и образа, и их различные модификации: рассказ создает в нашем сознании образ живого существа, называя его имя и описывая его облик. Само слово "миф" в древнегреческом языке означает "слово", и это слово, развернутое во времени, раскрывает имеющийся за ним образ.